Учитывая то, что я имею многообразное отношение и к Андрею Рудометкину, и к квартету Большого театра, обойти вниманием этот концерт просто не могу. Завтра, 7 апреля, фаготист Рудометкин и квартет Большого театра сыграют, наверное, самый короткий концерт в истории клуба и театра «Мастерская». Минут на сорок, думаю.
При этом концерт заслуживает внимания сразу по нескольким причинам. Рудометкин — отличный фаготист. То есть просто бескомпромиссный: если он играет, то всегда делает это здорово. Квартет Большого театра я, правда, не слышал очень давно, но уверен, что играть они будут хорошо — благо, к делу подходят всегда ответственно.
В октябре 2009 сыграли с 
Чем я старше становлюсь, тем лучше понимаю, что к людям нужно относиться с осторожностью. Люди, которых я знаю много лет, успели раскрыться с разных сторон. У меня за это время хватило и сил, и желания понять их. Но чем дальше, тем меньше сил, времени и желания разбираться в том, кто чего стоит. Бывает так, что человек просто неинтересен — да и бог с ним. Бывает, что раздражает — и бросаешь. А бывает — раздражает, но интересен, и что-то внутри не дает плюнуть и забыть. Может, и хотел бы, и ни к чему тебе лишние нервы — ан, внутри себя нет-нет, но возвращаешься к словам, ко взглядам, начинаешь вести внутренний диалог… Иногда — в вечер последней встречи. Иногда — спустя месяцы… Но понимаешь, что именно этот человек — важный. Именно его — не готов отпустить от себя просто так, а если отпустил — хочется вернуть. И тогда возникает и желание, и терпение, и возможность…
У меня когда-то был очень хороший учитель английского языка. Его звали Сергей Лойко. Сейчас он, кажется, работает на The Los Angeles Times и вообще на всех, кто платит…
Когда я начал работать за деньги… Вернее, когда я начал работать за деньги, как музыкант (поскольку в принципе зарабатывать деньги я начал намного раньше), первое, что я сделал — это сыграл «Весну священную» Стравинского. Впрочем, сыграл — громко сказано.