Как-то совершенно мимо меня прошла информация о планируемом великим и могучим Максимом Викторовым концерте на Красной площади. Выработавшаяся за догие годы привычка не доверять никому заставляет задуматься: кто же, по мнению Максима Викторова, является «великим»?
Не менее интересно — в сопровождении какого оркестра пройдет это мероприятие? Вряд ли ведь они там с фортепиано станут играть. Неужели, по доброй конкурсной привычке, соберут халтурный коллектив и выведут аккомпанировать какому-нибудь Репину под руководством Владимира Зивы?
Не то, чтобы я имел что-то против халтур или лично маэстро Зивы, но просто такой поворот действительно был бы забавным.
Безотносительно всего этого внезапно задумался о том, что конкурс Паганини проходит в Москве четвертый раз, но я никак не могу приучить себя к мысли, что он есть. Он для меня — какое-то наваждение, мираж, который вот-вот рассеется и не оставит после себя ничего. Не то, чтобы что-то было плохо, нет — но ощущение несерьезности происходящего не оставляет. Почему так — не знаю.
Видимо, организаторы тоже как-то неуверенно чувствуют себя: а не рассыпется ли все в прах при первых лучах зари? Потому и имя присвоили конкурсу почти мифическое.
Не хотелось бы отвечать за развал конкурса им.Когана или им.Ойстраха — еще почти живых и знаемых. А Пагагиги — гений, конечно, но кто его видел? ;)К тому же не наш. 🙂